Мишустин доложил Путину, что российская экономика «уверенно восстанавливается» и растет. Российская экономика: ¯\_(ツ)_/¯ Рассказываем, действительно ли все так хорошо
В ночь на 5 июля Кремль сообщил, что Владимир Путин провел рабочую встречу с премьер-министром Михаилом Мишустиным. Тот подготовил для президента отчет о российских экономических «успехах» — и текущих, и будущих.
Сначала премьер сообщил президенту данные о росте ВВП:
Уважаемый Владимир Владимирович, экономика страны продолжает уверенно восстанавливаться, несмотря на санкции, на все чинимые нашей стране препятствия. Я как раз сейчас, готовясь к вам, смотрел цифры: за пять месяцев сегодня у нас рост ВВП составил 0,6%. Но, что очень важно, май [этого года] к маю [прошлого] — 5,4%.
Мишустин ссылался на оценки роста ВВП по месяцам, которые делает Минэкономразвития. В большинстве стран мира официальные статистические службы (в том числе Росстат) не публикуют такой показатель оперативно, а те, кто это делают — например, Национальная статистическая служба Великобритании — обращают внимание на то, что он слишком волатилен, поэтому для оценки долгосрочных тенденций лучше использовать квартальные данные.
Вот как объяснялось, почему не стоит полагаться на месячные данные о ВВП, в лекционных материалах по экономической статистике, которые публиковались в Экономическом журнале Высшей школы экономики (тогда эти принципы в России только вводились):
Месячные расчеты предназначены для оперативной оценки основной тенденции, и эту функцию они выполняют. Делать на их основе какие-то более серьезные выводы серьезный профессионал не должен.
Однако основную тенденцию Мишустин передал верно: российская экономика растет, но оценивать темпы этого роста по ежемесячным данным нельзя .
Во-первых, такие данные всегда несколько раз уточняются по мере поступления дополнительной информации (ее не всегда можно успеть собрать за месяц). В результате значение может существенно измениться.
Во-вторых, любые данные о росте ВВП следует анализировать только устранив сезонность и календарный фактор: так экономисты называют искажения, которые возникают из-за того, что в каждом месяце разное число рабочих и праздничных дней, разная погода и другие особенности экономической активности. Все это влияет на объем выпускаемой в стране продукции, завышая или занижая его. В месячных данных колебания будут особенно сильными.
«СВОкономика»: как российские регионы переживают войну и санкции на самом деле Главное из статьи экономического географа Натальи Зубаревич для проекта Re:Russia
«СВОкономика»: как российские регионы переживают войну и санкции на самом деле Главное из статьи экономического географа Натальи Зубаревич для проекта Re:Russia
Минэкономразвития само указывает, что высокие темпы роста в мае этого года связаны с эффектом «низкой базы» : май 2022-го года был провальным. Дело в том, что падение российской экономики было максимальным как раз во II квартале 2022 года, когда она ощутила на себе первые шоковые последствия полномасштабной войны и санкций. Тогда по оперативной оценке самого же Минэкономразвития ВВП за май сократился на 4,3% в годовом выражении. Об этом Мишустин ничего не сказал.
В своем пресс-релизе министерство сообщает и прирост ВВП за май по сравнению с апрелем со снятой сезонностью — 1,4%. Это более корректная оценка (насколько это возможно для таких данных), но ее премьер использовать не стал. Возможно, дело в том, что сама по себе она выглядит совсем не так впечатляюще, как рост на 5,4% — таких темпов в российской экономике нет уже много лет .
Большинство российских экономистов всерьез анализируют только квартальные данные о динамике ВВП. Предварительные итоги первого квартала Росстат опубликовал в середине мая. В них было видно сокращение на 1,9% в сравнении с первым кварталом прошлого года. В середине июня Росстат уточнил оценку (это стандартная практика), немного ее улучшив — стало минус 1,8% в годовом выражении.
Чтобы лучше понять, что происходит с экономикой прямо сейчас, экономисты обычно смотрят на рост за квартал в сравнении с предыдущим — причем с очисткой от сезонности. Такие оценки экономисты и аналитики делают самостоятельно («очищать» от сезонности можно по-разному: используя разнообразные математические модели на основе различных наборов данных и предпосылок). По расчетам аналитиков российского Центробанка, в I квартале этого года в сравнении с IV кварталом 2022-го российская экономика выросла на 0,6% с очисткой от сезонности . Из уточненных данных Росстата следует оценка квартального роста в 0,7%, схожие данные приводят и независимые экономисты — от 0,6% до 1%.
Причем квартальные темпы роста были примерно такими же и во второй половине 2022-го — в районе 0,5–0,7%. Аналитики ЦБ предполагали, что, вероятно, и в апреле—июне 2023-го квартальные темпы останутся на том же уровне. Так что говоря Путину о 0,6% роста за январь-май Мишустин все-таки назвал в целом корректную оценку, которая отражает реальную ситуацию. Но это совпадение. Например, если бы Мишустин делал доклад для Путина на основе тех же ежемесячных данных Минэкономразвития, которые он использовал, но по итогам апреля, ему пришлось бы сообщить президенту, что за первые четыре месяца этого года ВВП не вырос, а сократился — на 0,6%.
По итогам января дефицит российского бюджета достиг рекордных значений. Но это не значит, что экономика на грани краха Что происходит на самом деле? Ответ — в материале Carnegie Politika
По итогам января дефицит российского бюджета достиг рекордных значений. Но это не значит, что экономика на грани краха Что происходит на самом деле? Ответ — в материале Carnegie Politika
Рассказав о текущей динамике, Мишустин перешел к прогнозам:
Наверное, прогнозы — неблагодарное дело, но, готовясь к встрече с президентом, я подумал, какую цифру прогноза за год можно назвать. Сейчас у нас есть уверенность — в случае, конечно, если не будет каких-то форсмажорных обстоятельств, — что м ы должны расти больше двух процентов за год .
Путин в ответ напомнил Мишустину, что Международный валютный фонд (МВФ) прогнозировал рост российской экономики всего на 0,7%. Премьер поспешил заверить, что официальные российские прогнозы оптимистичнее. Однако Путин был куда ближе к истине.
Примерно такой же консенсус-прогноз, как и МВФ, дают российские экономисты (включая независимых аналитиков и академических исследователей), которых ежемесячно опрашивает ЦБ. Отвечая на вопросы ЦБ в конце весны, они ожидали роста на 0,8% по итогам года. Сам ЦБ недавно обновил свой прогноз, оставив довольно большую вилку — от 0,5 до 2%.
Чтобы получить 2% к концу декабря при росте на 0,6% в первых двух кварталах этого года, во втором полугодии квартальные темпы роста должны удвоиться . При сохранении таких же квартальных темпов рост по итогам года составит 1,2%, подсчитали аналитики телеграм-канала о макроэкономике MMI . Но и это маловероятно, отмечал в своем канале аналитик Bloomberg Economics Александр Исаков: поскольку это восстановительный рост , он скорее будет не ускоряться, а замедляться. Так что более вероятный годовой результат — 0,8–1%.
Иностранные аналитики часто сомневаются в достоверности данных Росстата, подозревая, что рост российской экономики, вероятно, уже давно остановился. Разнообразные претензии к качеству официальной статистики давно были и у российских экономистов, но данные по ВВП все еще активно используются в анализе. Недавно Исаков попробовал перепроверить статистику ВВП за 2022 год при помощи индекса PMI — это международный индикатор деловой активности, который рассчитывает рейтинговое агентство S&P на основе опросов менеджеров по закупкам. Получилось, что значения PMI за прошлый год примерно соответствовали падению ВВП на 2,1%, о котором сообщал Росстат.
Дело не только в темпах, но и в «качестве» экономического роста. Главный драйвер экономического роста в России 2023 года — расходы бюджета на оборону, напоминала приглашенный эксперт Немецкого совета по международным делам и Центра Карнеги Александра Прокопенко.
За первые четыре месяца года российский ВПК вырос сразу на четверть. В том числе, по данным Росстата, на 29% выросло производство электрооборудования, на 27% — автотранспортных средств, на 23% — компьютеров и периферии, оптических и электронных изделий (сюда входят электроника и оптика военного назначения).
Прокопенко заключала: «Понятно, что как только бюджет прекратит тратить [средства] на ВПК, остановится и экономический рост ».
Прежде чем перейти к Google
Если вы выберете «Принять все», мы также будем использовать файлы cookie и данные, чтобы:
- Разрабатывать и улучшать новые сервисы.
- Показывать рекламу и оценивать ее эффективность.
- Показывать персонализированный контент (в зависимости от выбранных вами настроек).
- Показывать персонализированную рекламу (в зависимости от выбранных вами настроек).
Если вы выберете «Отклонить все», мы не будем использовать файлы cookie для этих дополнительных целей.
Неперсонализированные материалы подбираются с учетом таких факторов, как контент, который вы просматриваете в данный момент, ваши действия в текущем сеансе поиска и ваше местоположение. Неперсонализированная реклама подбирается с учетом контента, который вы просматриваете в данный момент, и вашего местоположения. Персонализированные материалы и реклама также могут включать более актуальные результаты, рекомендации и объявления, подобранные с учетом истории ваших действий в текущем браузере, например поисковых запросов в Google. Если это необходимо, мы также используем файлы cookie и данные, чтобы показывать материалы в соответствии с возрастом пользователей.
Картина российской экономики смазана, но перспективы лучше не становятся
Как показывает опыт нефтяников, лучше придерживать товар: он дорожает сам по себе «Транснефть»
Оно куплено девальвацией рубля, что принципиально изменило те исходные условия, которые были положены в основу прежних прогнозов.
Индикаторов нет
В России возникает очень трудная ситуация для экономистов. Стало очень сложно находить какие-то достоверные и устойчивые индикаторы ситуации в экономике. Скажем, раньше мы брали за основу оценки валовой продукт и говорили: вот есть такая динамика ВВП, и все было понятно. Сейчас у всех вменяемых экономистов единая точка зрения: на российский ВВП смотреть нет никакого смысла — теперь это искаженный ВВП воюющей страны, а потому никаким образом о состоянии хозяйства страны и благосостоянии граждан он судить не позволяет.
Отказавшись от лицезрения ВВП, мы стали смотреть на характеристики бюджета и по ним делать выводы о состоянии страны, что некоторое время давало неплохие результаты. Теперь же и этот показатель не работает, поскольку он искажен девальвацией рубля и с прежней динамикой доходов и расходов сопоставим плохо.
И мы пытаемся найти какие-то иные индикаторы, с помощью которых можно достоверно понять в экономике страны хоть что-то. Мы смотрим, конечно, на курс рубля, — он пока продолжает работать индикатором. Мы смотрим на динамику покупок в ритейле.
Можно попытаться оценивать инфляцию, — но только если не смотреть подслеповато на одни данные Росстата.
Забавно, но я в этом узнаю свою молодость — я же советский экономист, и как советский экономист, я приучен был к тому, что картину экономики СССР по справочнику «Народное хозяйство СССР» понять нельзя. Сейчас, как и в Советском Союзе, статистика искажена и идеологизирована, выводы приходится делать по косвенным признакам. Например, по данным об объемах перевозки грузов по железной дороге, по состоянию рынка труда, по размеру плохих кредитов населения.
Зато есть инфляция
Так что да, формально федеральный бюджет России будет сведен с лучшим результатом, чем мы ожидали. Но это будет происходить в условиях девальвации рубля, а значит, нарастающей инфляции. А это означает, что в будущем уже году и государство получит рост расходов — они во время инфляции растут не только у населения, но и у государства. Если же оно откажется их индексировать гражданским отраслям хозяйства — там упадут реальные возможности покупок товаров и услуг. У медицины, у образования, у науки и так далее: покупательная способность той же самой суммы финансирования из бюджета, что и в прошлом году будет меньше.
Просто закрыть глаза на негативные процессы в экономике власти, конечно, не могут. Ведь уже сейчас начинают проявляться классические экономические последствия разбалансировки экономики страны в условиях «специальной военной операции». Напугав нефтяников сокращением топливного демпфера, который удерживал стабильность цена на бензин и дизтопливо, и доведя дело до потери нефтяного рынка Европы, правительство создало дефицит бензина и солярки, который начался на юге, около района СВО, а теперь уже дополз до центральной части России.
А на горизонте еще и удар инфляции по нефтянке. Нефтяники ведь не в космосе существуют и тоже потребляют много ресурсов, которые покупают на внутреннем рынке России. В итоге нефтяники сидят на запасах топлива, продают по чуть-чуть и чувствуют, что становятся с каждым днем все богаче в силу роста цен.
Пускаемся в галоп
И если мы свалимся в ситуацию галопирующей инфляции — а такая угроза реальна — это уже может вести к разрушению экономики. Чтобы было понятно: есть разные критерии диагностирования галопирующей инфляции: кто-то говорит, что это рост больше 10% в год, но я бы сказал — скорее, выше 20% год, причем в сочетании с неравномерным темпом роста цен. И когда галопирующая инфляция возникает, то она порождает два процесса.
Во-первых, люди понимают, что национальная валюта — рубль — быстро и непредсказуемо обесценивается и лучше с ней дела не иметь. И люди начинают избавляться от рублей в пользу иностранной валюты, она начинает играть роль реальных денег, которые циркулируют в экономике (помните, в 90-х была практика номинирования цен в долларах?).
Во-вторых, типичным становится то, что происходит уже сейчас с нефтяниками: тебе нет смысла продавать. Ты держишь товар на складе, он автоматически дорожает, тебе даже делать ничего для этого не надо. И ты понемножку его продаешь, чтобы покрыть текущие расходы. А на оставшихся товарах становишься все богаче. И потом: если все произведенное распродать, то ведь тогда надо будет делать следующую партию, а вокруг ведь инфляция и неизвестно, хватит ли на это денег от продаж. В итоге основная масса товара лежит на складе — и дорожает день ото дня. К чему это ведет — к сокращению производства и торговли, а значит — разрушению экономики. Это так просто, что описано даже в школьных и университетских учебниках, где, возможно, сегодняшний российский пример появится как экономическая классика.
Но следующий год — год выборов. Возможно, чтобы его пережить, Владимиру Путину придется как-то успокоить население, например, раскидав какое-то огромное количество «вертолетных» денег. Все это, конечно, породит ускорение инфляции. Но — уже после президентских выборов. А тогда можно будет сказать, что у нас все беды — только из-за враждебного окружения, которое «душит нас железной рукой инфляции и дефицита».
Снижение кредитования и дефицит кадров скажутся на росте экономики
По прогнозу Минэкономразвития, российский ВВП по итогам 2023 года вырастет на 2,8%. Об этом глава министерства Максим Решетников сообщил 11 октября в Госдуме. Он также отметил, что с нынешними высокими ставками говорить о серьезных инвестиционных проектах сложно: их просто не получится профинансировать. По его словам, в 2024-2025 году темпы прироста окажутся меньше, но все же превысят 2%.
Оптимистично на результаты 2023 года смотрит и Банк России. Свой прогноз по росту экономики в 1,5-2,5% на этот год он сохранил, но вот в следующем году ожидает снижение динамики за счёт ужесточения денежно-кредитной политики. И хотя еще в июле регулятор допускал увеличение ВВП на 0,5-2,5%, то уже в сентябре — как раз после очередного повышения ключевой ставки — верхнюю планку опустил и оценил диапазон роста по итогам 2024 года ниже: на уровне 0,5-1,5%. Замедление экономического роста ожидает и рейтинговое агентство «Эксперт РА»: там прогнозируют увеличение ВВП на 1,5% в 2024 году и на 1,8% в 2025-2026 годах, сообщили «Российской газете» в агентстве.
Как ранее объяснил Решетников, основой дальнейшего роста экономики станет увеличивающийся внутренний рынок и спрос, обеспеченный повышением доходов населения, мерами социальной поддержки, предпринимательских доходов, а также инвестиций. При этом прогнозы ЦБ и Минэкономразвития по ВВП несколько отличаются. По словам зампреда ЦБ РФ Алексея Заботкина, разница в том, что в свой расчет они не включают значимое увеличение численности рабочей силы.
Как сообщил «Российской газете» главный экономист рейтингового агентства «Эксперт РА» Антон Табах, внутренний спрос в 2024 году, скорее всего, будет расти на фоне увеличения зарплат, которое идет опережающими темпами из-за дефицита кадров. «Если спрос и экономика будут расти за счёт увеличения производительности труда и оптимизации трудозатрат, той же цифровизации, то к инфляции это не добавит», — отметил он. В разговоре с «РГ» доцент кафедры статистики РЭУ им. Г.В. Плеханова Ольга Лебединская пояснила, что из-за дефицита рабочей силы компании вынуждены платить людям больше при той же производительности. Это, в свою очередь, разгоняет инфляцию.
«Что касается кредитов, то их будет меньше, но не «в ноль», в первую очередь за счет льготных программ, которые скорее всего сохранятся», — добавил Табах. Сейчас на рынке действуют ипотечные госпрограммы: семейная, военная, ИТ-ипотека — существуют и льготы для малого и среднего бизнеса, предлагающие сниженную ставку по кредитам на определенные цели.
На данный момент ЦБ все еще наблюдает преобладание проинфляционных рисков. Соответственно, ставка снизится нескоро и, как сообщил регулятор, удержится до тех пор, пока инфляция не перейдет к устойчивому снижению. «Основная причина — рост потребительской активности», — говорит Лебединская. — «Россияне готовы тратить, а, значит, рост спроса может привести к росту инфляции.»
Эксперт также указала, что ослабление рубля пока еще не слишком сильно отразилось на ценах, поскольку российские импортеры и ритейлеры накопили на складах товары, купленные по старому курсу. Это может сыграть в пользу ужесточения политики Банка России.
Высокие ставки уже начали давать свои результаты, что приведет к дальнейшему охлаждению экономики после активного восстановительного роста и падению деловой активности. За последние месяцы граждане стали переходить к сберегательной модели поведения. Еще в августе ЦБ зафиксировал снижение остатков на текущих рублевых счетах на 366 млрд руб. и переток этих денег на короткие депозиты. Доходность сейчас растет и по среднесрочным вкладам, что замораживает средства и ограничивает клиентов от покупок и того самого увеличения спроса в 2024 году.
При этом повышаются ставки по кредитам, как для розничных клиентов, так и для корпоративных. Это должно снизить рекордные темпы выдачи займов и в то же время объем инвестиций и покупок. По данным ЦБ, за восемь месяцев прирост корпоративного кредитного портфеля составил 20,6%, а розничного — 21,3%. Но постепенно, хоть и с некоторой задержкой ввиду ранее одобренных заявок, займы будут становиться дороже, а интерес к ним и рост объемов выдачи снижаться.
Как отметил Заботкин, относительно июля и августа сентябрь, скорее всего, покажет несколько более умеренную динамику кредитования. А замедление в четвертом квартале 2023 года будет более заметным, сообщил он в интервью «Интерфаксу». По его оценке, уровень кредитной активности несмотря на снижение по-прежнему останется более высоким, чем это необходимо для сбалансированного роста и снижения инфляции до целевого уровня в 4%. Можно предположить, что это происходит как раз за счет льготных программ.
Ранее глава Банка России Эльвира Набиуллина заявляла, что восстановление экономики практически завершилось, то есть вышло на уровень перед спадом. «Рост спроса, который подогревался и активным ростом кредитования, и достаточно мягкой бюджетной политикой, практически уперся в физическую невозможность так же быстро наращивать внутреннее производство, прежде всего из-за ограничений на рынке труда», — отмечала Набиуллина. И все же рост ВВП и внутреннего спроса продолжится, хоть и меньшими темпами.